Укрэксимбанда

0
122
У меня давно так не горело. Я чисто физически не могу написать этот пост по-украински, извините.
 
Эти животные из Укрэксимбанка не смогли нормально стереть записи. В смысле, даже на преступление им не хватило ни рук, ни мозгов. Гуглите “Відео «Схем» з «Укрексімбанку» відновлене”, если еще не видели. Учитывая, что Мецгер там говорит “отдайте айтишникам” флешки, походу, их айтишники не знают, чем удаление значения из файловой системы от удаления файла отличается. Профессионализм в банке, я погляжу равномерен на всех уровнях.
 
Посмотрел это видео. Думаю, мы вскоре узнает много интересных подробностей о том, почему о вопросе об одном-единственном кредите, связанном с “ДНР”, у Мецгера подлива по ногам побежала. Там явно что-то такое, что может стоить многого не только ему.
 
Но.
 
На примере этого видео мы наблюдаем в естественной среде обитания телят-мутантов. Тех, которые всю жизнь хотели быть быками, да здоровьем не вышли. Слабых и больных мальчиков Спарты, которым повезло, что под скалой медведь насрал.
 
Быки у власти – это плохо, мы все помним, воры у власти – это паршиво, мы все знаем. Но как же омерзительно – когда это даже не воры, а приблатненные фраера на понтах. Которые с одной стороны пытаются держаться в цивилизованных рамках, но это не выходит от трусости и глупости, а потом идут на преступление – но и это не выходит от криворукости и раздолбайства. Как будто Гай Ричи по Достоевскому кино снял.
 
Евгений Мецгер, поинтересуюсь, кем вы себя в зеркале видете? Банкиром? А на кой милый быка включать? Быком? Шея тонковата, голос слабоват. Клерком, который впрыгнул в кресло из-под юбки жены? Так ведь с этих позиций можно и потише быть.
 
Victoria Strakhova как дела? Не пора ли сменить гордое “мы, банкиры”, на честное “мы, бестолочь мелкоуголовная” – раз уж работать решили именно в этом ключе? 🙂
 
Неуважительно как-то прозвучало, согласен. Неполиткорректно. Да вот одна проблема – ровно на том языке, на котором следует общаться с людьми, которые на своих местах, в своих одеждах, в своих манерах речи, какую не выберут – везде самозванцы. Да хрен бы уже с тем, что вы воришки, вы омерзительны, ребята, вас при отравлениях прописывать надо.
 
Страна наша, при всей своей слабости, такую живность в волосах не заслуживает.
 

Виктор Трегубов

* * *

За всіма розмовами про неприпустимість насилля та перешкоджання журналістам якось випали дві важливі, але глибші речі:

1. Неприпустимість призначання друзів на посади в державних підприємствах і банках.

2. Неприпустимість існування державних банків з такою вагою у банківській системі.

Минулий тиждень ви всі переймалися деолігархізацією. Так щоб ви знали: державні банки — потужний інструмент збереження влади олігархів. Через них вони перекачують собі в кишені державні гроші, тобто гроші платників податків, тобто наші з вами гроші. Минулого року Мецгер з Укрексімбанку перекачав 5,6 млрд гривень — саме стільки склав збиток банку. (Я трохи спрощую, але загальна механіка така.)

Тепер ви розумієте, навіщо керівниками державних банків призначати надійних друзів. Можливо, вони не зірки міжнародних фінансів, але точно знають, кому давати, а кому не давати.

Так працює олігархічний лад, а не оті ваші всі списки олігархів та смішні заборони.

Валерій Пекар

* * *

В истории со Схемами и Эксимбанком есть один примечательный момент, который показывает, что чиновники не понимают смысла и цели работы СМИ.

Оправдывая противоправные в отношении журналистов действия, пресс-служба банка сослалась на то, что интервьюер пытался выведать некую «банковскую тайну». И этим якобы уже нарушил «журналистскую этику» и должен быть привлечен к ответственности. Этим господам невдомек, что «выведать» что-либо — это и есть работа журналиста. Более того, требование сохранности «банковской тайны» касается исключительно работников финансовых учреждений. А журналисты просто ОБЯЗАНЫ обнародовать любые сведения, имеющие общественную значимость, даже если они «банковская тайна», под грифом «для служебного пользования» или «секретно».

Напомню один известный случай из истории. В 1971 году журналисты «Вашингтон пост» получили в свое распоряжение секретные документы Пентагона, т.н. Pentagon Papers, которые имели отношение к Американо-вьетнамской войне. Редакция газеты начала обнародовать их по частям. Руководство минобороны и администрация президента Никсона пытались этому воспрепятствовать путем судебного давления на газету и ее владельца. Дело о публикации секретных документов Пентагона дошло даже до Верховного Суда США, который постановил, что «Вашингтон пост» и другие американские газеты имеют право их публиковать.

Сергей Базанов